Бесплатный Хостинг

 

 

 

 

Перенос столицы

 

 

 

 

 

 

Россия:  перенос  столицы  на  Восток.   PRO  et  CONTRA

 

( по материалам сайта imperiya.by )

 

 

 

 

 

Последние несколько лет ежегодно всплывает вопрос о возможности переноса столицы на восток страны. И при том поднимают его не только политологи и публицисты, но и государственные служащие. Год назад с такой идеей выступал губернатор Московской области С. К. Шойгу. Недавно мэр Владивостока вновь озвучил эту мысль, вызвав комментарии ведущих политических партий.

 

Идеи о переносе столицы не новы. В 1990-е гг. об этом писал В.Л. Цымбурский. Об этом же рассуждал и А.С. Панарин, считавший, что центр страны может сдвинуться за Урал, что соответствовало бы мировому цивилизационному смещению с Запада на Восток. Россия, как традиционный посредник и балансир между Востоком и Западом, не может не среагировать на это смещение эпицентра соответствующим смещением своего политического и духовного центра. А.Г. Дугин предлагал перенести столицу в Казань, допуская и возможное смещение столицы в Сибирь. Активно идею переноса столицы на Урал отстаивает С.В. Хатунцев. Хотя последний – «уральский» вариант – пока менее популярен.

 

Год назад данный вопрос активно обсуждался в научной и публицистической среде. Ю.В. Крупнов, поддержав идею смещения центра власти, посчитал, что лучше всего его перенести на Дальний Восток: это превратит данный регион из крайне слабого в форпост России, и, кроме того, позволит нашей стране присутствовать «головой» в АТР как становящемся центре мирового экономического развития.

 

Б.В. Межуев согласился с идеей распределения части властных функций между несколькими городами России. Примерно подобную же позицию занял С.А. Караганов, посчитав полезным разделение властных полномочий и указав, что такая мера даст импульс развитию Сибири. М. Дианов в своей статье-прогнозе не исключает в будущем раздела полномочий между Москвой и одним из сибирских городов.

 

В социальных сетях также ведётся обсуждение данной проблемы, года два назад проводились социологические опросы и сборы подписей за смещение центра в Сибирь. Хотя, как признал автор одного из постов, «сама мысль о таком переносе представляется многим до сих пор фантастической и неосуществимой».

 

С противоположных позиций выступили В. Л. Иноземцев и С. Дьячков, посчитав подобные разговоры опасными:

 

· сторонники переноса столицы апеллируют к опыту прошлого, оказываясь «в плену давно уже отживших практик и концепций, забывая о меняющемся мире, в котором уже нет неосвоенных окраин, а морской транзит куда выгоднее континентального»;

 

· это будет означать регресс в развитии, движение в сторону Азии с её специфическими ценностями и скептическим отношением к демократии; курс на закрытость, подтверждаемую желанием уйти как можно глубже «в центр» евразийского континента; на закрепление сырьевого характера экономики;

 

· успешность региона большой страны вовсе не обязательно связана с нахождением на его территории города, выполняющего столичные функции; у государства, по большому счету, есть единственный метод политического стимулирования экономического роста – усиление регионализма, означающего оттягивание у Москвы как властных полномочий, так и финансовых потоков; сокращение отправляемой в центр «дани»; переток в регионы предпринимателей и интеллектуалов. Россия должна научиться развиваться с меньшими региональными перекосами, но перенос столицы, пожалуй, самый неэффективный способ решения этой задачи».

 

А.В. Митрофанова считает, что даже размеры страны физически не позволяют разместить столицу в таком месте, где она была бы доступна для всех. России необходимо не переносить столицу с места на место, и не строить заново в пустыне, а развивать быстрый и дешёвый внутренний транспорт. Близость к морю крайне важна.

 

Например, А.Н. Окара в приватной беседе высказал суждение, что российская политическая система негибка, и, возможно, с трудом перенесла бы подобные вызовы. Кроме того, отсутствуют предпосылки для данной акции: нет необходимых средств и ресурсов. Раньше имел место перенос столиц вслед за демографической экспансией, а сейчас таковой нет и бессмысленно переносить столицу в пустеющий регион. Более того, в цивилизационном плане Россия отдалится от славянской зоны, являющейся её базой.

 

Как видим, обсуждение необходимости переноса столицы в Сибирь имеет место в научной среде и в публицистике. На это повлиял и ряд обстоятельств.

 

Во-первых, крушение Большой России (СССР). Современная Российская Федерация – это во многом новое государство, хотя и имеющее преемственность с прошлым. Страна превращается в континентальное государство, почти отрезанное от удобных выходов к морям, становящееся континентальной державой. Во-вторых, происходит крупная геополитическая революция, выразившаяся в новом возвышении Востока, в смещении центра экономической активности в АТР. В-третьих, рост внимания мирового сообщества к Арктике, освоению её ресурсов. В-четвёртых, для новых условий, в которых оказалась страна, требуется и новая элита. В-пятых, имеют место диспропорции в развитии страны.

 

Всё это и выдвигает на повестку дня, в качестве одного из сценариев, согласимся, не единственно возможного, вопрос о переносе столицы, как попытку ответить на вызовы времени. Главной задачей нашей статьи будет разбор противоположных суждений. Сначала рассмотрим аргументы против переноса столицы в Сибирь.

 

Можно привести исторический пример: перенос столицы из Москвы в Санкт-Петербург. В какой-то степени это мероприятие подорвало экономику северных регионов России. Разумеется, одной из причин было произвольное перенаправление товарно-денежных потоков вместо Архангельска в Санкт-Петербург, но и смещение центра власти тоже сыграло свою роль.

 

Могут указать и на затратность проекта (о чём говорил А. Н. Окара): нужно строить новые магистрали, дороги, расселять приезжающих туда людей. Вместе с тем, переезд органов власти за Урал, может привести к частичному запустению той же Москвы, как в своё время произошло с Санкт-Петербургом. Являясь второй столицей, он постепенно угасает, постепенно превращаясь в провинциальный город.

 

В числе трудностей, связанных с возможным переездом руководства страны в другой город, отметим наш менталитет: часть общества привыкла ассоциировать себя с Западом, желает быть ближе к Европе, с которой более крепкие и давние экономические, культурные связи. Москва уже на протяжении столетий была столицей страны и все к этому привыкли. А перенос столицы – это ещё и своеобразный слом сложившейся традиции. Были два века «Петербургского периода», но и они как-то органично смотрятся: Россия стремилась войти в Европу и перенос столицы в Санкт-Петербург был в чём-то и оправдан. Тем более что и Москва тогда сохраняла статус второй столицы.

 

Для многих центр в Сибири кажется немыслимым: ведь для большинства Москва – это символ страны, город, сыгравший огромную роль в истории нашего государства, да и эти земли уже почти 900 лет относятся к историческому ядру государства, ещё при древних князьях – Андрее Боголюбском и Всеволоде Большое Гнездо Северо-Восточная Русь и доминировала среди других княжеств. Отсюда – из Владимирской Руси, началось возрождение государства.

 

Другими словами, переносы столицы внутри исторического ядра российского государства – это одно, а вот перенос на совершенно иные земли, ставшие российскими и освоенные относительно недавно – другой вопрос.

 

Возникает и ещё одна ментальная причина: а захочет ли наша элита переезжать, бросать всё насиженное, рвать какие-то экономические и не только связи? Нельзя забывать, как на этот шаг могут посмотреть жители европейской части России – той же Рязани, Ярославля, да и Кирова. Раньше столица для них была под боком, в любой момент можно было выбраться туда за всем необходимым, в Москву (как и в Санкт-Петербург) отправляли на учёбу своих детей, а теперь куда? Получается, что до новой столицы (например из того же Кирова), нужно ехать примерно двое суток. Кто туда поедет? Не окажется ли город при определённых обстоятельствах в изоляции?

 

Возможна негативная реакция и регионов, примыкающих к новой столице: боязнь того, что их города лежащие на Транссибе, превратятся в «проходной двор».

 

Оказавшись в Красноярске, мы можем отдалиться от Европы, одного из наших главных экономических партнёров, покупателей наших ресурсов, а также нашего кредитора. Есть опасения, что вместе с тем, мы и не приблизимся к АТР. Точнее, Россия в АТР «государство окраинное, выходящее к океану в его замерзающем секторе севернее той части восточно-азиатского приморья, где состоялось экономическое «чудо», поэтому она с одной стороны изолирована в АТР.

 

Неизвестно также, пойдут ли инвестиции в эти регионы. Население Сибири становится всё меньше, сейчас сибиряков (вместе с жителями Дальнего Востока) примерно 26 % от всего населения страны. Не будет ли здесь диспропорции: центр размещается в малозаселённых районах, а густонаселённые регионы немного отдалены?

 

Могут привести и такой аргумент: столицы многих больших стран находятся чуть не на окраине: Вашингтон – в США, Оттава – в Канаде, Канберра – в Австралии, Пекин – в Китае, Дели – в Индии. И ни в одной из этих стран пока, похоже, не ставится вопрос о переносе столицы.

 

Некоторые аналитики не исключают удара Китаем по Сибири, следовательно, и Красноярск может оказаться под угрозой. Нестабильно и в Центральной Азии, куда в случае чего могут прийти и талибы из Афганистана, тревожный звонок прозвучал недавно из Казахстана (события в Жанаозене).

 

Рядом находится также Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая, часть жителей которого стремится к отделению от КНР. В случае мощного сепаратистского взрыва на Западе Китая, а также разрастания конфликта в Центральной Азии, Красноярск может оказаться в опасной зоне, и фактически быть отрезанным от остальной России. Добавим, что Красноярск находится в относительной близости от так называемого «Золотого полумесяца» (Иран, Афганистан, Пакистан), где производится большое количество опиума. Через Центральную Азию как раз проходит наркотрафик из этого региона.

 

Аргументом против является и то, что последнее время Красноярск позиционирует себя как столицу Сибири, а отнюдь не России, что может поставить под вопрос идею переноса сюда центра (но в таком случае допустим и новосибирский вариант, тем более что в 1993 г. такие идеи уже возникали). Было бы интересно знать и мнение самих жителей того же Красноярска – статус столицы имеет как свои плюсы, так и свои минусы. И захочется ли им испытать на себе все трудности «столичного бремени»?

 

Ещё одним важным аргументом «против» является позиция, согласно которой в наше время наиболее развитыми, перспективными являются приморские регионы, соответственно загонять столицу в глубь материка – губительно.

 

Когда мы говорим о предыдущих переносах столицы страны, то речь идёт об экономически развитых регионах или территориях, в данный момент активно заселяемых. Т.е. перенос столицы идёт вслед за демографической экспансией. У нас же Сибирь пустеет. В результате может возникнуть очередной нарыв на теле государства.

 

Но в литературе, как научной, так и в публицистической, существуют и довольно многочисленные аргументы за перемещение центра восточнее Урала.

 

То что этой идее почти 20 лет и её выдвигают представители различных социально-политических сил (может быть за исключением либеральных, согласимся здесь с авторами) о чём-то говорит. Это свидетельствует не только о специальной «раскрутке», но и о наличии проблем, которые необходимо решать.

 

Такой шаг необходим по ряду причин. 80% территории страны находится в азиатской части (и 70% границ проходит также со странами Востока), при том, что столица располагается в европейской части. С запада на восток здесь вырисовывается геополитическая ось, исторически соответствующая пути покорения русскими Сибири: Челябинск-Омск-Новосибирск-Томск-Кемерово-Красноярск-Иркутск-Хабаровск-Владивосток. В Сибирском федеральном округе сосредоточено 85% нефтегазового комплекса страны, 75% добычи угля, от 40% до 100% добычи сырья для чёрной и цветной металлургии, а так же и другие полезные ископаемые. Нельзя забывать и об огромном лесном массиве.

 

Во многих из указанных стран, где столицы чуть не на окраине, территория является более освоенной, нежели у нас: в США развиты оба побережья и Лос-Анджелес мало чем уступает Вашингтону по своему значению. Точно так же можно сказать и о Канаде: Квебек, Оттава и Монреаль на востоке страны, а Ванкувер – на западе. Во многих из этих странах развита сеть коммуникаций. Например, китайцы проводят дороги в Тибете, а Синцзян-Уйгурский автономный район используют как важную коммуникационную базу для дальнейшего продвижения на запад Евразии. Кроме того, у многих из этих стран нет территориальных споров с соседями.

 

Противники переноса опасаются, что такой шаг приведёт к закрытости страны, к закрепление сырьевого характера экономики. Но насколько обоснованы такие опасения? Расположение центра власти рядом с источниками сырья необязательно должно гарантировать преобладание добывающего сектора экономики. То, что столица отдалится от Европы, только ЕС и может быть воспринято как желание отдалиться от Запада. Но Запад это только один миллиард населения Земли. Три других миллиарда – т.е. Китай, Индия и мир ислама – могут воспринять это иначе: а именно как желание приблизиться к тем регионам, за которыми будущее – АТР и Индийский океан…

 

Красноярск располагается на широте Челябинска и Куйбышева, т.е. в относительно тёплом районе. Рядом Новосибирск – крупный железнодорожный центр, от которого дорога идёт на Омск и Алма-Ату, с другой стороны – на Дальний Восток. Сверху от Красноярска – выход на Норильск, т.е. к крупным полезным ископаемым, в Арктику, в Северный морской путь. Недалеко от Красноярска находится и Байкал, а это – примерно 1/5 запасов пресной воды в мире. Рядом с Красноярском находится и Алтай – уникальный во всех отношениях регион, богатый и своими полезными ископаемыми, местом схождения границ четырёх государств (Россия, Казахстан, Китай, Монголия). Но это ещё и уникальное место в этнорелигиозном плане так как представляет собой точку пересечения трёх религий – христианства, ислама и буддизма.

 

То, что почти близко Китай, не должно пугать. С одной стороны, нас убеждает позиция ряда исследователей, отрицающих военную угрозу со стороны Китая. Известно, что одной из главных особенностей китайской внешней политики является стремление избегать силовых методов, действовать более мягко (но эффективно) при отстаивании своих интересов, используя древний даосский принцип: «Белое плавно переходит в чёрное и наоборот».

 

Но если даже и предположить такой мрачный вариант, то Красноярск, хоть и не совсем, но защищён Монголией от Китая, и китайская армия, в случае предполагаемой войны, свой удар в первую очередь нанесла бы по Дальнему Востоку. С другой стороны, некоторые исследователи (Л.Е. Бляхер) видят «китайскую угрозу» в том, что китайцы могут потерять экономический интерес к Дальнему Востоку, что приведёт к возникновению проблем у жителей региона. Уже сейчас, по мнению некоторых авторов, китайцы всё больше внимания в экономическом плане уделяют другим странам.

 

Вопрос о т.н. «китайской угрозе» выходит за рамки данного материала. Добавим также, что между Сибирью и соседними государствами «существуют не только протяжённые границы, но и исторически сложившаяся взаимозависимость экономики на базе разделения труда».

 

 

Перенос столицы приблизит нас к восточным соседям (в первую очередь к Китаю и Индии), которые сейчас всё более активно развиваются (Китай ведь уже является 2-й экономикой мира, а Индия находится примерно на 4-5 местах). Общеизвестно, что постепенно центр деловой активности смещается в АТР. С новой столицей, всё-таки, Тихоокеанский регион, хоть и немного, но станет ближе. Мы уже отмечали, что, с одной стороны, Россия частично изолирована от АТР, вместе с тем она может сыграть в этом регионе свою роль, тем более что промышленный потенциал Сибири позволяет России вновь расширить окно в Восточную Азию.

 

Рядом окажется и Центральная Азия, через которую – выход на Ближний Восток, а так же на Иран и через него в Индийский океан (который может стать центральной ареной ХХ1 века). Россия инициировала создание Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), и, следовательно, «ей самой нужно двигаться в восточном направлении». Существует, пусть и виртуальная, но связка Россия-Индия-Китай. Красноярск как раз рядом с этими странами, и, тем самым, перенос столицы мог бы активизировать взаимодействие в рамках как ШОС, так и связки Москва-Пекин-Дели. Речь не идёт о создании «Мира без Запада», но площадка ШОС могла бы послужить для России одной из основ диалога с Евроатлантикой. Да и основная часть стран, членов ОДКБ находится в Центральной Азии, что активизировало бы наше взаимодействие.

 

Блок НАТО всё ближе придвигается к российским границам, что вызывает озабоченность у отечественных политиков и военных (и недоумение по поводу этой тревоги со стороны Запада). В связи с этим имеет ли смысл рисковать, устанавливать столицу чуть ли не у границы? Вместе с тем, пусть и не сейчас, но утрата Приморья всё-таки может возникнуть, как и ряда других регионов востока страны (плохо осваиваемые территории так или иначе всегда привлекали и будут привлекать внимание других государств, где меньше ресурсов). Оба негативных фактора легче будет нейтрализовать при нахождении Центра в «урало-сибирской Срединной России» (термин В.Л. Цымбурского), нежели если бы столица размещалась в Москве.

 

При сохранении уже сложившихся (пока другой вопрос – каких) отношений с Западом, размещение столицы за Уралом, активизировав восточное направление, в целом позволит проводить сбалансированную многовекторную внешнюю политику.

 

Л. Г. Ивашов видит ещё один положительный момент в переносе: погрязший в коррупции и разврате правящий слой останется в Москве и Санкт-Петербурге (так как придерживается своей прозападной идеологией и хочет быть поближе к Западу).

 

Уже неоднократно в литературе встречалась мысль, что перенос столицы в Сибирь вдохнёт жизнь в пустеющие районы, даст им новый импульс для развития. В России капитал идёт за властью, поэтому не исключено и смещение центра деловой активности вслед за принятием такого важного решения. Красноярск стянет страну, станет соединяющим звеном между Дальним Востоком и европейской частью страны. Именно отсюда – из центра страны будет больше возможностей контроля за её отдалёнными регионами. С другой стороны, управлять государством при современных телекоммуникациях будет относительно легче.

 

В связи с проблемой перемещения центра власти можно вспомнить и ряд исторических аналогий. Князь Константин Великий перенёс столицу из дряхлеющего Рима в Константинополь, что позволило ещё сохраниться на долгое время Римской, а потом и Византийской, империи. Андрей Боголюбский фактически создал новое ядро российского государства, отказавшись от Киева в пользу Владимира. В XIV в. подобное произошло уже с Москвой.

 

Известны случаи, когда попытки сохранить старую столицу только усугубляли ситуацию. Например, некоторые исследователи Византии (Ф. И. Успенский) считают ошибочным, что после изгнания крестоносцев из Константинополя, город вновь стал столицей возрождённой (правда, ненадолго) империи. Это привело к окончательной потере малоазиатских территорий Восточного Рима, являвшихся базой для могущества страны. В этом плане обоснованным, на наш взгляд, шагом является перенос столицы из Стамбула в Анкару, осуществлённые Кемалем Ататюрком (1923). В 1960 г. появляется новый центр страны в Бразилии, что также можно назвать позитивным шагом.

 

В.Д. Соловей предлагает, сместив центр власти за Урал, построить новую столицу. По его мнению, российская политика, в результате такого шага, обрела бы наконец смысл, сосредоточившись на настоящем большом деле, а общество получило бы мощный импульс к обновлению и пресловутую национальную идею. На наш взгляд, необходимо ресурсы бросить на другие направления, на то же перемещение столицы, а не создание на пустом абсолютно месте чего-то нового.

 

После развала СССР возникло новое государство, пусть и имеющее тесную преемственность с предыдущим, но изменившееся в своих границах, с новым социально-экономическим укладом, иной идеологией. Началась другая эпоха, для которой, по всей видимости, нужна и иная столица.

 

Говоря о бюрократическом аппарате, следует признать: часть элиты не пожелает поехать. Однако стимулом здесь может послужить боязнь потерять место при власти, и на этом можно сыграть. С другой стороны, наши вузы сейчас выпускают много квалифицированных специалистов, которые, порой, не могут найти достойной работы. На новом месте их потенциал мог бы пригодиться. Уже неоднократно писалось о необходимости притока новых кадров в элиту, и в переломные эпохи такое часто бывало. А мы сейчас вновь находимся на таком переломе.

 

Разумеется, перенос центра власти не решил бы всех проблем, но, возможно, вдохнул бы жизнь в нашу страну, по мнению некоторых аналитиков (напр. В.Л. Цымбурского) возникла бы более устойчивая структура территориально-политического устройства, обретшая гармоничную модель с центром в Западной Сибири со столицей в Красноярске или Новосибирске, с двумя флангами – Евророссией и Приморьем, являющимися проводниками страны в Западную Европу и в АТР. Такой перенос обозначил бы и новую тенденцию в развитии страны.

 

Мы рассмотрели аргументы «за» и «против» переноса. Нам представляется, что на данном этапе более весомыми выглядят отдельные возражения против переноса столицы именно в Сибирь и на Дальний Восток. А именно:

 

· опасность того, что столица переносится именно в пустеющий регион, и в отсутствии у государства средств на переселение тех, кто желает туда поехать;

 

·  может быть нанесён ощутимый удар по традиции;

 

·  готово ли само общество к этому, в том числе и население Сибири?

 

· насколько такой перенос совместим с цивилизационной стратегией, предполагающей более тесное сотрудничество с Украиной, Белоруссией, Молдавией и Прибалтикой, а также со странами Восточной Европы; эти регионы также важны для России и мы можем предложить им свой цивилизационный проект.

 

Таким образом, сложности и вопросы остаются, тема является сложной, дискуссионной и отнюдь не закрытой. Возможно даже, что не исключён вариант смещения центра страны на Урал (особенно в случае возрастания роли организации ШОС как мотора «евразийского Хартленда»), за который, по-своему аргументировано, ратует С.В. Хатунцев. Но разбор «уральского» варианта не входит в рамки данной статьи.

 

В целом необходимо взвешенное обсуждение данной проблемы. Скорее всего, это даже вопрос отдалённого будущего, если такая потребность станет во всей своей остроте и полноте.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рейтинг@Mail.ru